Menu Content/Inhalt
Главная arrow Книги и журналы arrow Образ Японии в советском общественном сознании (1931-1939 гг.)
Образ Японии в советском общественном сознании (1931-1939 гг.) Печать E-mail
05.07.2012 г.
В издательстве Lambert Academic Publishing вышла монография А.С.Ложкиной «Образ Японии в советском общественном сознании (1931-1939 гг.)».

ImageОбразы внешнего мира, бытующие в обществе на разных этапах его истории, играют значительную роль в формировании массового сознания, а также в определении внутренней и внешней политики государства. В процессе создания общественного сознания сталинского режима образ Японии служил одним из средств самоидентификации советского человека, способом формирования политизированной коллективной идентичности советских людей. Представления о Стране восходящего солнца являлись отражением изменений, происходивших в сознании, мышлении советского общества, его реакции на события в стране и в мире.

На основании архивных документов в книге исследуется проблема формирования представлений о внешнем мире у Политбюро и военного руководства. Автор показывает, как образ Японии использовался Сталиным и его соратниками для социальной мобилизации населения, легитимизации власти. Образ Страны восходящего солнца для политических лидеров был средством самоидентификации, демонстрации растущей военной силы СССР перед капиталистическими странами. Образ Японии в сознании правящей группы формировался под воздействием различных информационных каналов, однако доминирующую роль в создании внешнеполитических представлений играли И.В. Сталин и его ближайшие соратники. В дальнейшем сформировавшиеся представления руководства при помощи различных каналов пропаганды ретранслировались в массовое сознание.

В работе на конкретных примерах показано, что в течение межвоенного периода представления военной элиты о Японии не были статичными, они изменялись под влиянием международной обстановки, противостояния между военными группировками, военных конфликтов 1938, 1939 гг., зависели от профессиональной подготовки кадрового командного состава, его социального происхождения. Среди военной элиты не было однозначной оценки военного потенциала, тактики и стратегии Японии. Военная элита, за редкими исключениями, оценивала японскую армию только с узкопрофессиональной точки зрения, однако для понимания японских стратегии и тактики важно было знание и понимание всех аспектов жизни Японии, включая традиции, культуру, менталитет японцев.

В книге анализируются особенности социальной психологии научных кругов, в частности, японоведов, сотрудников ВОКС, ТАСС и представителей творческой интеллигенции. Образ Японии в представлениях советской интеллигенции был многокомпонентным и включал в себя и научные, и «обыденные» знания; у одних представления основывались на практическом опыте, полученном в результате непосредственного знакомства с Японией, на основе анализа научной литературы, у других - главным источником информации была советская пропаганда, у третьих - и зарубежная пресса, радио. Специфика положения советской интеллигенции заключалось в том, что, с одной стороны, она формировала образ Японии, с другой – сама являлась его «потребителем», следовала идеологическим установкам и была подвержена влиянию общих настроений. 1930-е годы характеризуются становлением и развитием советского японоведения. В связи с потребностями времени и политическими установками формируется новая методологическая база, расширяется круг исследуемых вопросов, создаются новые научные направления; благодаря этому был заложен фундамент советского востоковедения.

На примере формирования образа Японии в работе рассматриваются основные средства пропаганды и манипуляции общественным сознанием, их особенности и преимущества в создании «образа врага», эффективность их воздействия на массовое сознание. Образ Страны восходящего солнца, который формировался советской пропагандой 1930-х годов, не был статичным, он являлся отражением политики руководства страны по отношению к дальневосточному соседу. При формировании представлений о Японии пропаганда отталкивалась от реальных событий на Дальнем Востоке, поэтому нельзя категорично утверждать, что вся транслировавшаяся на советское общество информация была ложью. Советская пропаганда, учитывая сложившиеся представления, стереотипы, используя как оперативные средства воздействия – прессу и радио, так и долговременные – кинематограф, литературу и музыкальную культуру, а также агитпроп, систему образования, апеллируя, прежде всего, к эмоциям, чувствам населения, создавала негативный образ Страны восходящего солнца в советском массовом сознании. Однако, как свидетельствуют архивные материалы, до конца ей не удалось подчинить себе общественное сознание, так как возможности ее влияния были не беспредельны.

В массовом сознании в 1930-е гг. сформировался противоречивый и неоднозначный образ Японии. Дальневосточный сосед воспринимался как враг советского государства, «другой», свежи еще были воспоминания о событиях русско-японской, Гражданской войн, и как следствие, население поддерживало внешнеполитическую линию руководства страны по отношению к Японии. Однако, с другой – Япония представлялась как оппонент Советской власти, к которой у части общества было негативное отношение; японское правительство рассматривалось в качестве альтернативы советскому руководству, представлялось в роли освободителя народа от существующего режима. Со стороны части населения это был пассивный политический протест, высказывание негативного отношения к политике руководства страны.

Автор книги Ложкина Анастасия Сергеевна, кандидат исторических наук, окончила факультет государственного управления МГУ имени М.В. Ломоносова. Область исследования – советско-японские отношения, образ Японии в СССР 1930-х гг. Автор двадцати научных работ. В 2010 г. стажер-исследователь Токийского университета иностранных языков.
Последнее обновление ( 05.07.2012 г. )
 
« Пред.   След. »
Реклама

Публикации & авторы Publications & authors

Публикации
Персоналии
******************
Publications
Persons
Яндекс.Метрика
Институт Дальнего Востока РАН