Menu Content/Inhalt
Дацышен В.Г. Из истории японского консульства в Новосибирске Печать E-mail
09.10.2012 г.
Владимир Дацышен

Важнейшим институтом в системе межгосударственных и международных отношений являются консульские учреждения. Не являются исключением здесь и отношения между Россией и Японией. Консульские учреждения Японии на территории России имеют богатый исторический опыт. Интересной, но малоизвестной страницей истории является работа Японского консульства в Новосибирске в 1920-1930-х гг.

Подписанная в январе 1925 г. в Пекине Конвенция об основных принципах взаимоотношений между СССР и Японией предусматривала открытие в Советском Союзе сети японских консульств. Правда, в числе перечисленных в Вербальной ноте от 31 июля 1925 г. городах, где Правительство СССР готово было предоставить возможность Японскому правительству открыть консульства, Новосибирска не значилось. Тем не менее, общие потребности развития советско-японских отношений вскоре привело к открытию японского консульства в сибирской столице.

В марте 1926 г. на должность консула Японии в Новосибирске был назначен Шимада Шигер (Симада Сигеру). С. Симада был опытным дипломатом, после окончания в 1906 г. Института иностранных языков в Токио он начал службу в консульских учреждениях в Китае и России, и с 1909 г. служил секретарем Генконсульства во Владивостоке. В дальнейшем он служил в консульских учреждениях Японии в Омске, Иркутске, Владивостоке, Харбине, на Сахалине, участвовал в различных советско-японских переговорах. За свою работу С. Симада в 1925 г. и 1926 г. был награжден японскими орденами. В советском посольстве в Токио давали такую характеристику этому дипломату: «По всем сведениям видно, что Шимада строит свою карьеру на Союзе и подобно его коллегам по положению относится к нам весьма благоприятно»[1].

Первый период работы в Новосибирске японского консульства советско-японские отношения развивались стабильно. Первоначально японские дипломаты довольно успешно сотрудничали с местными сибирскими властями и общественностью. На советско-японских отношениях серьезно не отразился конфликт на КВЖД 1929 г., когда консульство Китая в Новосибирске было закрыто. Даже японская агрессия в Маньчжурии первоначально не испортила двухсторонних отношений. Вице-консул Японии в Новосибирске Отани Дзиро в конце 1932 г. выехал на станцию Мациевская для организации эвакуации на родину японских беженцев из Маньчжурии[2]. В октябре 1932 г. японского консульского персонала в Новосибирске находилось вместе с членами семей 6 человек[3].

В 1930-х гг., после оккупации Японией Маньчжурии и нормализации советско-китайских отношений, начался процесс ухудшения советско-японских отношений, что напрямую отразилось на работе японского консульства в Новосибирске. Эти события пришлись на время, когда японское консульство возглавлял Я. Коянаги. Уже сам приезд нового консула в Сибирь ознаменовался неприятным инцидентом - делом «о краже носильного платья из багажа принадлежавшего и.д. японского Консула в Новосибирске Коянаги»[4] на железной дороге в январе 1934 г.

Во второй половине 1930-х гг. консульские работники в Новосибирске воспринимались не иначе, как шпионы. И местные власти уже старались ограничивать возможности передвижения японцев по вверенным им территориям. Например, в августе 1936 г. председатель райисполкома предписывал председателю Бийского горсовета: «чтобы он Зенков на попытки японца посетить какие либо предприятия или выехать на тракт, отказал ему если не будет прямого указания из края»[5]. Вскоре советские спецслужбы начали фабриковать уголовные дела о якобы сотрудничестве советских людей с японскими консульскими работниками. В 1937 г. нарком Н.И. Ежов докладывал И.В. Сталину, что кучер японского консульства Закомалдин устраивал в Бийске «сотрудникам японского консульства - известным японским разведчикам - КАВАЯСИ, САКАВЕ, ТАНАКА и КАЯНАГИ встречи»[6] с бывшим красным командиром Третьяком, где обсуждались планы захвата японцами Южной Сибири и Центральной Азии.

В качестве примера советско-японского противостояния можно привести жалобу консула Я. Коянаги на имя советских руководителей в Новосибирске, которая начиналась со слов: «В последнее время имело место нескольких неприятных случаев по поездке Секретарей Вверенного мне Консульства по окрестности города Новосибирска: Кузнецкий Бассейн, Томск и т. д.». Японский консул привел несколько случаев: «12-го Июня с.г. Секретарь Сайто и Сотрудник Одагири, пользуясь отпуском, попутешествовали по Кузбассу. С момента их выезда с поездом от ст. Новосибирска встретилось с такими неприятными фактами: за ними следили охранители НКВД/ /, которые близко с Секретарями сидели или стояли постоянно рядом с ними... препятствовали им в ознакомлении с городом... на ст. Топки охранители препятствовали Секретарям в покупке проездных билетов... 4-го сего Июля Секретарь Танака и Одагири поехали с пароходом в Томск, обратились к Директору гостиницы №1 в Томске о предоставлении им комнату, то несмотря на то, что директор обеспечил им комнату №10. выдавая им пропуск и взыскал с них 32 руб. на двое суток, через 4 часа Директор неожиданно отказался от своих слов...»[7].

Конфликтный потенциал вокруг Японского консульства неуклонно возрастал. Интересной и показательной была следующая история: «11 августа 1936 года в г. Бийск приехал Японский консул Каянага, который посетил ряд предприятий гор. Бийска, после чего в отведенном номере гостиницы консул устроил завтрак, на котором по приглашению участвовали представители горсовета. 13 августа ответный банкет организовал председатель Горсовета»[8]. Разыгравшиеся во время советско-японской встречи в Бийске события представляются довольно необычными с позиций современных представлений о той эпохе. В доносе одного местного народного судьи говорилось: «В результате присутствующие дошли до такого состояния, дорвавшись до бесплатного вина и в большом количестве разного сорта, что некоторые потеряли не только достоинство члена партии, должностного лица и вообще человека, что развели контрреволюционную агитацию, дискредитацию партии и правительства в разговорах посла (а по существу японского ШПИОНА) и с его женой КАЯНАГА, как например зам. Пред.РИК"а Сальников в разговорах с ним сказал: «Мы жили на суше, но вот нашелся ЧУДАК СТАЛИН, нарыл каналов ВОЛГА-МОСКВА и тоже стали жить на островах...»[9]. Визит японского консула в Бийск летом 1936 г. имел самые серьезные последствия для местных советских и партийных чиновников, некоторых из которых за пьянство с японцами и антисоветские разговоры даже исключили из коммунистической партии и уволили с работы.

Советско-японское противостояние достигло того уровня, что большинство советских японских консульств в СССР в конце 1930-х гг. были закрыты, и первым среди них было консульство в Новосибирске. 21 января 1937 г. заместитель наркома иностранных дел Б.С. Стомоняков в письме советскому полпреду в Японии К.К. Юреневу сообщил: «мы хотели бы закрыть японские консульства в Новосибирске и в Одессе, которые, не имея никакой консульской работы, исключительно являются центрами самого злостного шпионажа и ложной информации своего правительства»[10]. Формальным основанием для закрытия двух японских консульств было то, что в Японии функционировало всего шесть подобных советских учреждений, а в СССР - восемь японских консульств. Кроме того, в Сибири практически не было японского населения, и двухсторонние торгово-экономические отношения были незначительны. Свое предложение советское правительство передало через поверенного в Японии своей Нотой от 27 июля 1937 г.

Руководство Японии было против закрытия консульства в Новосибирске, и советское правительство сделало это в одностороннем порядке. 19 августа 1937 г. последовала Нота НКИД посольству Японии о закрытии двух японских консульств в соответствии с принципом равного представительства. В Москве было принято решение о непризнании с 15 сентября за японским консулом в Новосибирске права выполнения им консульских функций.


[1] Государственный архив Новосибирской области (ГАНО). Ф.Р-47. Оп.51. Д.3. Л.113.

[2] Государственный архив новейшей истории Иркутской области (ГАНИИО). Ф.123. Оп.1. Д.198.

[3] ГАНО. Ф.Р-47. Оп.1. Д.1854. Л.108.

[4] ГАНО. Ф.Р-47. Оп.5. Д.196. Л.4.

[5] ГАНО. Ф.Р-47. Оп.5. Д.217. Л.193.

[6] Спецсообщение Н.И. Ежова И.В. Сталину о троцкистском центре в Западно-Сибирском крае // http://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/61004.

[7] ГАНО. Ф.Р-47. Оп.5. Д.220. Л.139-140.

[8] ГАНО. Ф.Р-47. Оп.5. Д.217. Л.198.

[9] ГАНО. Ф.Р-47. Оп.5. Д.217. Л.198.

[10] Русско-китайские отношения в ХХ в. Т. III: Советско-китайские отношения (сентябрь 1931 - сентябрь 1937 гг.) / Отв. ред. С.Л. Тихвинский. М.: Памятники исторической мысли, 2010. С.618.

Дацышен Владимир Григорьевич, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой всеобщей истории Сибирского федерального университета (Красноярск)
Последнее обновление ( 26.12.2012 г. )
 
« Пред.   След. »
Реклама

Публикации & авторы Publications & authors

Публикации
Персоналии
******************
Publications
Persons
Яндекс.Метрика
Институт Дальнего Востока РАН