Menu Content/Inhalt
Главная arrow Публикации arrow Политика arrow Абрамова Е.С. Актуальность концепции ёю писателя Нацумэ Сосэки для современного японского общества
Абрамова Е.С. Актуальность концепции ёю писателя Нацумэ Сосэки для современного японского общества Печать E-mail
19.12.2013 г.

Актуальность концепции ёю писателя Нацумэ Сосэки для современного японского общества

Абрамова Екатерина Сергеевна, магистрант ИСАА при МГУ

Пожалуй, изо всех писателей Нового Времени в Японии именно НацумэСосэки удалось наиболее остро показать в своих произведениях сущность активного взаимопроникновения восточной и западной культур, начавшегося еще в середине XIX века. Будучи по натуре очень наблюдательным человеком, Сосэки не столько восхищался быстрым освоением японцами западных стандартов, сколько досконально анализировал их, опираясь на свой опыт изучения китайской и японской классической литературы. Наиболее ярко эти сопоставления проявились в ранних эссе писателя и повести Кусамакура, «Изголовье из трав», где писатель непосредственно обращается к читателю со своими философскими и общечеловеческими вопросами.

Русский читатель знаком с творчеством Сосэки преимущественно по большим романам, которые, по словам самого писателя, утомляли его, а зона его творческой свободы, эссе-дзуйхицу, хайку и канси, получившие высокую оценку современников, совершенно не исследованы и являются главным предметом нашей работы.

Почему же сейчас так важно снова обратиться к наследию НацумэСосэки? Дело в том, что тогдашнее японское общество, как и сейчас, находилось под сильным впечатлением от перспектив, которые открывались при все более тесном знакомстве с западной культурой. Однако если медицина или технические науки постепенно изучались и находили успешное применение, в культурном плане все было не так просто. Термины немецких философов необходимо было не просто перевести, но и адаптировать сообразно японской картине мира, буддийским принципам. Что же касается литературы, то, например, только «японскому Стендалю» Сига Наоя подсознательно удалось реализовать западные принципы объективного описания действительности. Иссяклиперенятые из Европы литературные течения, в том числе натурализм, а пришедшие на смену националистическиеидеи, подобно раковым новообразованиям, поглотили страну и породили множество проблем.

Необходим был возврат к истинно японским категория, таким, как макото, «истина», который в позднем средневековье провозглашал МацуоБасё, и по-своему начал возрождать поэт МасаокаСики в конце XIX века. Последний сыграл большую роль в становлении творческой манеры Сосэки. Именно идеи сясэйбун, «скетчевой литературы» позволили Сосэки стать по-настоящему японским писателем и уйти от явного английского влияния, которое чувствуется в его первом произведении, «Ваш покорный слуга кот». Конечно, нельзя утверждать, что без МасаокаСики из НацумэСосэки вышел бы некто вроде Харуки Мураками (Сосэки в юности создавал стихи на английском языке). Тогдашнее японское общество, намного более укорененное в своей самобытной культуре, воспитало глубокого аналитика, который развил собственную школу - Школу Духовной Свободы, ёюха.

Сосэки, будучи экспериментатором с одной стороны и крайне не любившим критику в свой адрес человеком с другой, не создал программного произведения для этого направления, что роднит его школу с дзэнским учением. Не будучи убежденным дзэнцем и, по его уверениям, не знающим толком сущности дзэн, Сосэки утверждает в качестве ориентиров простоту японских стихов хайку и китайских стихов канси, которые обеспечивают ёю, «допуск свободного пространства» для читателя. Непосредственное изображение писателями чувств героев, присутствие искусственных драматических сцен, характеризующие западную литературу, является неестественным для самобытной японской литературы и культуры.Японские дома, сады, чайная церемония сложились в эпоху Муромати и подчиняются принципума, «[свободного] пространства», которым восхищались многие западные философы, в том числе и Ролан Барт.

Именно на это свободное пространство можно и нужно встать, чтобы бесстрастно взглянуть на произведение литературы или живописи. Такое пространство для созерцания необходимо иметь внутри себя, чтобы стала доступна объективная отстраненность, чистота, скрытая в субъективности японской литературы, подобно тому, как суть хайку выходит далеко за рамки семнадцати слогов. Можно, конечно, использовать для этого в качестве повествователя кота, как сам Сосэки в романе «Мой покорный слуга кот», или делать главным героем повествования муху, как ЁкомицуРиити в рассказе «Муха». Для того, чтобы самому добиться такого «бесстрастного взгляда», хининдзё, Сосэки отправился в путешествие, описанное в повести «Изголовье из трав».

Что же мы видим сейчас, глядя на японское общество? Свободное пространство занято невероятным количеством различных предметов, нужных и не нужных, создающих атмосферу каваии, «прелести», которая является несомненной отрадой в жизни, лишенной свободного пространства, ёю. Сейчас японское общество живет по принятому в эдосскую эпоху принципу укиё, «изменчивого мира», заполняя свой досуг изящными занятиями и дорогими красивыми вещами. Сравнивая простые линии картин дзэнга и ярких гравюр укиё-э, в особенности поздних, невольно можно провести параллель между уникальным и массовым, природным и искусственным, бескорыстностью и коммерциализацией. Современные японские произведения также излишне детализированы (чего только стоят бесконечные описания предметов, облика, действий, чувств героев в последнем романе «1Q84» уже упомянутого Харуки Мураками), но это не такие глубоко укорененные в культуре и сознании носителей языка детали, как у Сосэки. На его страницах - культурный код японской нации.

Социологи говорят об анемии японского общества, о том, что молодежь теряет ориентиры. Японцы читают много и охотно, однако среди произведений все больше комиксы или переведенные романы. Конечно, трудности, возникающие при чтении НацумэСосэки у современного молодого японца можно сравнить трудностями при чтенииА.П. Чехова для современного молодого русскоязычного читателя. Но сейчас, когда страна находится не в самых лучших экономических и социальных условиях, стоит прислушаться к советам и предостережениям писателя. Сосэки,переживая вместе с японской интеллигенцией кризис в начале века, искал пути его решения в японской же классической традиции, и намного обогнал свое время, подобно Ф.М. Достоевскому в России, кстати, очень ценимому японцами.

Проблема адаптации западных культурных стандартов особенно актуальна и для современного российского общества, а потому уроки Нацумэ могут оказаться сегодня небесполезными и для нас.
 
« Пред.   След. »
Яндекс.Метрика
Институт Дальнего Востока РАН