Menu Content/Inhalt
Главная

Attention!

О предстоящей XII ежегодной конференция Ассоциации японоведов
12 декабря 2019 г. (четверг) в Институте востоковедения РАН будет проведена XII ежегодная конференция Ассоциации японоведов. В этом году она пройдет как юбилейное мероприятие, посвященное 25-летию Ассоциации японоведов. Тема конференции: "Исследования Японии в современной России: к 25-летию Ассоциации японоведов". В рамках конференции, будут проведены 4 секции, посвященные (1) 25-летнему юбилею Ассоциации японоведов, (2) по внешней и внутренней политике Японии, (3) по экономике и обществу Японии, (4) по истории и культуре Японии. Рабочий язык - русский.
Подробнее...
 
Разумовский И.А. Афганское направление японской дипломатии: проблемы и перспективы Печать E-mail
18.12.2014 г.

Афганское направление японской дипломатии: проблемы и перспективы

Разумовский Игорь Анатольевич, научный сотрудник факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова

Основные задачи японской дипломатии на афганском направлении связаны с необходимостью обеспечить позиционирование Японии как государства, которое принимает непосредственное участие в урегулировании вооруженного конфликта, обеспечении мира и стабильности в Афганистане, а также создать благоприятные условия для японских деловых кругов на долгосрочную перспективу. Важную роль играет и проявление солидарности с США и их союзниками в области борьбы с терроризмом.

Используемые при решении указанных задач силы и средства, а также формы и методы имели свои особенности в зависимости от внутриполитической ситуации в Японии, положения внутри Афганистана, международной обстановки в целом. В этой связи представляется целесообразным рассматривать вопрос об афганском направлении японской дипломатии в рамках следующих периодов:

1. Со времени прихода к власти движения Талибан и создания Исламского Эмирата Афганистан в середине 90-х гг. и до террористических актов11 сентября 2001 года.

2. С начавшейся в 2001 году военной операции "Несокрушимая свобода", которую осуществляли многонациональные силы коалиции во главе с США, до 2010 года.

3. С 2010 года до начала вывода войск международной антитеррористической коалиции и Международных сил содействия безопасности в 2014 году.

До военной операции коалиционных сил в Афганистане Япония активно использовала посредничество, намереваясь организовать переговоры участников вооруженного конфликта: представителей движения Талибан и Северного альянса.

Пользуясь авторитетом честного брокера, который не был вовлечен ни прямо ни косвенно в кровопролитный внутриафганский конфликт, Япония с 1997 по 2000 год приглашала в Токио на консультации влиятельных полевых командиров Северного альянса и представителей руководства движения Талибан в ранге министров и заместителей министров. Япония в то время не рассматривала Талибан как террористическую организацию. Однако проблема заключалась в том, что японским дипломатам так и не удалось снять противоречия, которые мешали конфликтующим сторонам сесть за стол переговоров.

Второй рассматриваемый период характеризуется тем, что дипломатическая деятельность, связанная с организацией серии международных конференций по оказанию помощи восстановлению и развитию Афганистана дополнялась широкомасштабными программами японской помощи этой стране, а также участием японских военнослужащих в оказании помощи силам международной коалиции.

Осенью 2001 года японское руководство принимает решение об участии Морских Сил Самообороны в оказании тыловой поддержки военно-морским силам антитеррористической коалиции в Индийском океане. Основная мотивация Японии в принятии этого беспрецедентного решения прежде всего была связана с желанием проявить солидарность с международным сообществом в борьбе с терроризмом в Афганистане не только в форме критикуемой США"чековой дипломатии", но и непосредственным участием своих военнослужащих в данной операции. При этом японская помощь имела исключительно важное политическое и психологическое значение. но никак не военное.

Отказу пришедшей к власти японской оппозиции пролонгировать соответствующий нормативный акт, позволяющий Морские Силам самообороны оказывать тыловую поддержку коалиционным силам, предшествовала острая дискуссия среди политической и научной элиты Японии. Часть сторонников возвращения кораблей Морских Сил самообороны из Индийского океана мотивировала свою позицию не столько интерпретацией 9-й статьи Конституции, сколько отсутствием санкции Совета безопасности ООН на проведение операции в которой участвовали японские военнослужащие.

С другой стороны часть представителей элиты (хотя и незначительная), несмотря на наличие конституционных ограничений, была готова поддержать участие японских военнослужащих в деятельности Международных сил содействия безопасности, действия которых были санкционированы Советом безопасности ООН.

На протяжении второго и третьего рассматриваемых периодов Япония пыталась возобновить диалог с движением Талибан для решения таких задач как спасение статуй Будды в провинции Бамиан от готовящегося уничтожения, а также поиск мирного урегулирования между движением Талибан и правительством Афганистана.

Активный диалог с афганскими талибами, в котором с японской стороны принимали участие дипломаты, политики, представители гражданского общества, был безуспешным.

Вместе с тем японской стороне удалось организовать в Осаке встречу ближайшего советника президента Афганистана по вопросам безопасности с членом политического руководства движения Талибан.

Однако с 2001 года посредничество между движением Талибан и правительством Афганистана перестало быть приоритетным инструментарием японской дипломатии. В настоящее время на этом направлении дипломатической деятельности активные шаги предпринимаются Китаем, который уже выдвинул соответствующую инициативу. Основным же средством решения задач японской дипломатии стало оказание помощи Афганистану на двусторонней основе, в рамках международных и неправительственных организаций.

По объемам помощи Афганистану Япония занимает второе место после США в списке доноров. При этом еще в начале 2000-х годов наметился перенос центра тяжести от классической гуманитарной помощи к помощи восстановлению и развитию Афганистана. Такой подход заключается в том, что японская помощь должна способствовать созданию благоприятных условий для восстановления и развития страны самими афганцами, и конечно же, быть адресной. Немаловажным фактором для эффективности японской помощи и формирования благоприятного образа Японии в Афганистане имеет не только предоставление финансовых средств, но и непосредственное участие японских специалистов при оказании содействия в области безопасности, образования, медицины, сельского хозяйства и строительства инфраструктурных проектов.

Вместе с тем существенной проблемой остается отсутствие четких критериев для оценки эффективности японской помощи Афганистану.

В настоящее время существует серьезный дисбаланс между широкомасштабным объемом японской помощи восстановлению и развитию Афганистана и практическим отсутствием серьезного интереса японских инвесторов к этой стране. В то же время при незначительных (по сравнению с Японией) объемах китайской помощи Афганистану, КНР является одним из самых крупных инвесторов, получивший доступ к освоению месторождений природных ресурсов этой страны.

При этом несмотря на высокую оценку японской помощи со стороны предыдущего и нынешнего правительства Афганистана, а также заявления афганского президента о предоставлении японским инвесторам особых льгот для доступа к освоению природных ресурсов, существующие риски в области безопасности являются для потенциальных японских инвесторов запредельными. По этой причине деятельность японской дипломатии по созданию благоприятных условий в Афганистане для инвесторов из Японии рассчитана на перспективу.
 
След. »
Яндекс.Метрика
Институт Дальнего Востока РАН